Работать до последнего: как пенсионная тревога влияет на семьи, работу и готовность рисковать 

Почти семь из десяти россиян, опрошенных компанией Russian Field, беспокоятся о том, как будут жить после завершения карьеры. Для трети респондентов эта тревога особенно сильна — и за сухими цифрами, по мнению эксперта, стоит куда более масштабная проблема: потеря уверенности в завтрашнем дне.

Опрос, в котором приняли участие 1,6 тыс. жителей разных регионов, показал: 31% россиян «очень сильно беспокоятся» о жизни на пенсии, еще 17% испытывают сильную тревогу, а 20% — умеренную. В совокупности это почти 70% участников исследования.

Кандидат политических наук, руководитель коммуникационной проектной группы BLM IMAGE Лариса Беленкова считает, что такие настроения уже влияют на поведение людей — в том числе на их готовность менять работу, рисковать и строить планы на будущее.

«Опрос показал тревожную статистику – в том числе то, что треть наших сограждан испытывает сильный страх остаться просто без денег после окончания карьеры», — отметила она в комментарии АПЭК.

По словам эксперта, это не абстрактное опасение, а состояние, которое заставляет людей выбирать наиболее осторожные сценарии. «Такое внутреннее состояние людей, конечно же, меняет их социальное поведение, заставляя выбирать самые осторожные и не всегда приятные жизненные стратегии», — подчеркнула Беленкова.

Ожидание и реальность

Россияне считают, что для спокойной старости им необходимо около 80 тыс. рублей в месяц, тогда как средняя пенсия, согласно приведенным данным, составляет порядка 25 тыс. рублей. Эксперт называет эту разницу не завышенным запросом, а свидетельством разрыва между представлениями людей о достойной жизни и их реальными возможностями.

«Разница более чем в три раза – это не завышенные ожидания, а показатель глубокого разрыва между представлением о достойной жизни и суровой реальностью», — заявила Беленкова.

Отдельно она обращает внимание на то, что при оценке доходов пожилых людей нередко ориентируются на прожиточный минимум. Однако этот показатель, уверена эксперт, отражает скорее возможность выживания, чем качество жизни после десятилетий работы.

«При расчетах почему-то постоянно вспоминают прожиточный минимум, но это показатель выживания, а не достойной жизни за десятки лет работы на благо страны!» — подчеркнула она.

По оценке Беленковой, значительную часть скромного бюджета пенсионеров съедают продукты, коммунальные платежи, лекарства и медицинская помощь. На фоне роста цен это лишь усиливает тревогу и ощущение незащищенности.

Работа до последнего

Опасения за собственное будущее подталкивают россиян оставаться на рынке труда и после достижения пенсионного возраста. Как следует из данных опроса, 68% не рассчитывают исключительно на государственную поддержку и намерены продолжать работать — чтобы выплачивать кредиты, помогать близким или обеспечивать себя.

«Этот тотальный страх заставляет людей мертвой хваткой держаться за нелюбимые рабочие места, полностью парализуя мобильность рынка труда», — считает Беленкова.

В такой ситуации, добавляет она, снижается и готовность начинать собственное дело. Неуверенность в завтрашнем дне заставляет откладывать рискованные решения, экономить и ждать большей определенности вместо того, чтобы инвестировать силы и средства в развитие.

«Вместо создания своего дела и оправданного риска, общество выбирает режим максимальной экономии и пассивного выжидания определенности», — отметила руководитель коммуникационной проектной группы.

Эксперт допускает, что люди всё чаще будут искать опору в личном хозяйстве и привычных способах самоподдержки. Речь, по ее словам, не о массовом уходе «в поля», а о стремлении сохранить хотя бы минимальные гарантии продовольственной безопасности.

От созидания к выживанию

Главный риск, по мнению Беленковой, заключается в изменении общественной психологии. Когда страх за базовые потребности становится постоянным, он вытесняет желание планировать, развиваться и участвовать в общем созидании.

«Из-за постоянного страха за завтрашний день мы из общества созидателей рискуем превратиться в общество выживальщиков, где каждый думает только о базовых потребностях», — предупредила она.

Эксперт убеждена: работа в старшем возрасте должна быть выбором, а не вынужденной мерой. «Хочется, чтобы работа в старшем возрасте была исключительно добровольным правом человека, возможностью передать опыт, а не вынужденным способом выжить», — заявила Беленкова.

Именно отношение к старшему поколению, заключила она, наиболее точно показывает, насколько устойчиво и справедливо устроено общество: «Ведь в конце концов отношение к старшему поколению – это самый честный показатель того, как все устроено на самом деле».