Перебои на Ближнем Востоке — рост доходов в РФ: почему спрос на российскую нефть резко вырос

Обострение конфликта на Ближнем Востоке вызвало крупнейший в истории перебой поставок нефти через Ормузский пролив. На этом фоне российская нефть резко набрала популярность в Азии, а цены на мировом рынке устремились вверх. Как пишет издание «ВЗГЛЯД», это уже привело к росту цен на сорт Urals и сокращению традиционной скидки к мировым маркам — а значит, сулит России дополнительные миллиарды долларов. 

Перебои связаны с фактической остановкой поставок через Ормузский пролив, через который проходило до 15–20 млн баррелей нефти в сутки. В результате Индия и Китай активно наращивают закупки российской нефти. По данным S&P Global Commodities at Sea, в первую неделю марта Китай увеличил импорт до 12,4 млн баррелей, Индия — до 8,6 млн баррелей.

Интерес к российскому сырью проявляют также Таиланд, Шри-Ланка и Япония, для которых ближневосточное направление было ключевым.

На фоне дефицита нефти мировые цены выросли до 90–100 долларов за баррель, а в отдельные моменты поднимались до 120 долларов. Вместе с этим подорожала и российская Urals: если в январе она стоила в среднем 41 доллар за баррель, в феврале — 44,6 доллара, то в марте цена поднималась значительно выше.

«По средней цене Urals в марте я бы закладывал диапазон 65–75 долларов за баррель. Это заметно выше январских 41 и февральских 44,6 доллара», — приводит «ВЗГЛЯД» мнение аналитика Freedom Finance Global Владимира Чернова.

Одновременно стремительно сокращается дисконт на российскую нефть. Если ранее он доходил до 25–30 долларов за баррель, то в марте снизился до 9–15 долларов.

Дополнительный эффект дает возможность увеличения объемов добычи. Как напомнил аналитик ФГ «Финам» Николай Дудченко, Россия теоретически способна нарастить добычу до 525 млн тонн в год, что эквивалентно примерно 10,5 млн баррелей в сутки.

«В феврале добыча составляла порядка 9,2 млн баррелей в сутки. Значит, рост может составить около 1,3 млн баррелей в сутки. Но это сильно ниже ожидаемого сокращения объемов добычи из-за конфликта», — поясняет Дудченко.

Тем не менее даже такая прибавка при высоких ценах существенно увеличивает денежный поток нефтяного сектора.

По расчетам экспертов, при средней цене Urals 65–75 долларов за баррель и экспорте около 7 млн баррелей в сутки за месяц Россия поставит примерно 217 млн баррелей нефти.

«Дополнительная экспортная выручка может составить примерно 4,4–6,6 млрд долларов по сравнению с февралем и 5,2–7,4 млрд долларов по сравнению с январем», — говорит Чернов.

Если учитывать не только экспорт, но и общий объем добычи около 9,3 млн баррелей в сутки, дополнительный денежный поток нефтяного сектора может достигнуть 5,9–8,8 млрд долларов к февралю и 6,9–9,8 млрд долларов к январю.

Часть этих средств поступит в федеральный бюджет через НДПИ, налог на дополнительный доход и экспортные пошлины.

«Государство обычно получает около 55–60% дополнительной выручки нефтяной отрасли. Это означает, что из-за роста цен в марте бюджет может дополнительно получить примерно 3,3–5,3 млрд долларов за месяц», — оценивает Чернов.

По оценке Дудченко, если конфликт на Ближнем Востоке затянется, а среднегодовая цена Urals составит 60–65 долларов за баррель, нефтегазовые доходы могут превысить план на 150–900 млрд рублей.

«В марте при средней цене около 72,5 доллара за баррель и среднем курсе 78,7 рубля за доллар нефтегазовые доходы могут составить около 720 млрд рублей. Это на 290 млрд рублей выше, чем в феврале», — уточняет аналитик.

Таким образом, сочетание трех факторов — роста цен, сокращения дисконта и ослабления рубля — формирует для России окно возможностей. В краткосрочной перспективе это означает дополнительные миллиарды долларов экспортной выручки и значительную прибавку к доходам бюджета.