Не «Ялта 2.0»: политолог — о том, чего ждать от встречи Путина, Трампа и Си Цзиньпина
Владимир Путин, Дональд Трамп и Си Цзиньпин встретятся 19 ноября в китайском Шэньчжэне на полях саммита АТЭС. Договоренность о трехсторонних переговорах подтвердил пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков. Как сообщает «Интерфакс», в Кремле рассчитывают, что предстоящая встреча будет способствовать оздоровлению международной обстановки.
Ожидания от саммита уже сопровождаются сравнениями с Ялтинской конференцией. Однако политолог, директор Института стран Азии и Африки МГУ Алексей Маслов в комментарии для телеграм-канала «ОГОНЬ» предлагает не ждать от переговоров нового раздела мира. Их смысл он видит прежде всего в снижении неопределенности и поиске вопросов, по которым Москва, Вашингтон и Пекин способны найти общий язык.
Почему сравнение с Ялтой не работает
По мнению Маслова, историческая аналогия создает завышенные ожидания. Он обращает внимание на принципиально разные обстоятельства: в 1945 году лидеры союзных держав обсуждали послевоенное устройство, тогда как нынешняя встреча имеет другую логику.
«Когда в 1945 в Ялте собрались Сталин, Рузвельт и Черчилль, мир был разделен на победителей и побежденных – и победители делили мир. Теперь, конечно, никакого дележа мира не будет», — считает эксперт.
Значение предстоящих переговоров Маслов связывает не с установлением новых сфер влияния, а с возможностью продемонстрировать ответственность за вопросы, затрагивающие далеко не только три страны.
«Встреча трех мировых лидеров важна в другой плоскости: саммит покажет, что ещё сохранились рационально мыслящие крупнейшие политики, которые несут ответственность за судьбы мира в самом широком смысле этого слова – от ядерных потенциалов до торговли, перевозок и судьбы своих граждан», — отмечает он.
Три лидера — не весь мир
Еще одна причина осторожно относиться к масштабным историческим сравнениям — состав участников. Маслов подчеркивает, что Трамп выступает на переговорах от имени США, а не всего западного мира, включая Европу.
Влияние России и Китая эксперт оценивает как выходящее далеко за пределы их собственных границ. При этом его рассуждение касается политического веса участников, а не формального права представлять другие государства.
Поэтому встречу Маслов рассматривает прежде всего как символический сигнал: даже при сохраняющихся противоречиях крупнейшие державы готовы обсуждать общие риски.
Ядерная безопасность и ИИ — возможные точки сближения
Одной из предполагаемых тем Маслов называет сохранение человеческого контроля над решениями о применении ядерного оружия. По его оценке, недопустимость передачи таких решений искусственному интеллекту способна стать основой для сближения позиций.
Вопросы глобального мира и стратегической стабильности обозначила и китайская сторона: по сообщению АПА, представитель МИД КНР Мао Нин заявила, что лидеры проведут обмен мнениями по этим направлениям. Конкретные договоренности об использовании ИИ в ядерной сфере на момент комментария остаются ожиданием эксперта, а не итогом переговоров.
Помимо безопасности, Маслов выделяет экономические и инфраструктурные вопросы, где возможен практический диалог.
«Тарифы, перевозки, экологическая повестка – это то, о чем можно договариваться», — подчеркивает политолог.
Таким образом, пространство для переговоров он видит не в попытке одномоментно разрешить все противоречия, а в выборе конкретных тем, по которым интересы сторон могут совпасть.
Главный результат — снизить тревожность
Маслов не считает, что трехсторонний формат обязательно станет постоянным. Но даже разовая встреча, по его мнению, может иметь значение для международной атмосферы, деловых ожиданий и восприятия происходящего гражданами.
«И хотя вряд ли трехсторонний разговор станет постоянным и войдёт в традицию, но сейчас он очень важен, чтобы успокоить и рынки, и простых людей, которые следят за развитием политических событий», — заключает эксперт.
Мерилом успеха станет не масштаб исторических сравнений, а способность участников обозначить общие ограничения и направления сотрудничества. Не новый раздел мира, а подтверждение возможности разговаривать — так Алексей Маслов предлагает оценивать предстоящий саммит.