Европейские войска на Украине: где заканчиваются разговоры и начинается эскалация
Президент России Владимир Путин заявил, что ввод европейских войск на территорию Украины будет означать прямую войну с Россией. Он также отметил, что европейские элиты, обсуждая подобный сценарий, подталкивают свои страны к конфликту с Москвой. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков позднее назвал это не «красной линией», а четко сформулированной позицией России, доведенной до европейских государств.
Телеграм-канал «Старая площадь» собрал оценки политиков и экспертов о том, возможна ли такая эскалация на практике. Их общая позиция: в ближайшей перспективе размещение европейских войск на украинской территории представляется маловероятным из-за высокой цены прямого столкновения с Россией, отсутствия единой готовности в Европе и неизбежной реакции Москвы.
Цена прямого столкновения
Депутат Госдумы Виталий Милонов считает, что последствия возможного военного конфликта для европейских стран уже обозначены в российской военной доктрине. По его мнению, крупные европейские государства не заинтересованы в сценарии, который несет риск прямого вооруженного столкновения с Россией.
«В действительности, никто из более-менее серьезных стран не рассматривает для себя суицидальный вариант военного столкновения с Россией», — заявил Милонов.
Он полагает, что использование образа российской угрозы становится все менее эффективным инструментом для части европейских политиков. При этом Милонов прогнозирует ослабление позиций тех лидеров, которые, по его мнению, делают ставку на конфронтационную риторику.
Ввод войск до мира
Политолог, экс-советник президента России по политическим вопросам Сергей Станкевич обращает внимание на принципиальное различие между публичным обсуждением гарантий безопасности и реальным развертыванием иностранных подразделений. По его мнению, ввод европейских войск до завершения конфликта стал бы провокацией и вызвал бы военную реакцию России.
«Никакой ввод европейских войск на территорию Украины до завершения нынешнего военного конфликта, возникшего из-за Украины, попросту невозможен. Даже подготовка такого ввода выглядела бы провокацией», — считает Станкевич.
Он отмечает, что в Европе нет политического лидера или крупной партии, которые были бы готовы взять на себя ответственность за подобный шаг. Обсуждения «миротворческого контингента», по оценке политолога, во многом остаются элементом политической риторики и попыткой продемонстрировать «стратегическую неопределенность».
«Практическое исполнение с первых шагов вызвало бы активное военное противодействие со стороны России», — подчеркивает эксперт.
Риторика и реальные возможности
Генеральный директор коммуникационного агентства «Фабрика смыслов» Вадим Попов также полагает, что разговоры о вводе европейских войск пока не соответствуют уровню практической готовности. По его оценке, заявленная «коалиция желающих» выглядит внушительно в публичном пространстве, но отдельные европейские страны занимают осторожную позицию или прямо отказываются участвовать в развертывании контингента.
«Давайте будем честны — разговоры о вводе европейских войск на Украину не более чем политическая риторика. У Европы сегодня нет таких реальных возможностей и намерений», — говорит Попов.
Он обращает внимание на то, что обсуждавшиеся в публичном поле форматы в случае их реализации предполагали бы сравнительно небольшой персонал для обучения, логистики и других вспомогательных задач, а не крупную группировку для ведения боевых действий. При этом европейские страны чаще связывают вопрос возможного присутствия с гипотетическим прекращением огня или будущим мирным соглашением, а не с отправкой войск в зону активного конфликта.
«Изначальные планы о тридцатитысячном контингенте сжались до полутора тысяч человек с функциями обучения и логистики. Язык не повернется назвать это армией вторжения», — отмечает Попов.
Вероятный сценарий
По мнению Попова, наиболее вероятным остается продолжение уже используемых европейскими государствами форм поддержки: военные поставки, подготовка украинских военнослужащих за пределами Украины, финансовая помощь и дискуссия о долгосрочных гарантиях безопасности.
«Скорее всего, мы увидим имитацию активности — поставки оружия, тренировочные миссии за пределами Украины, разговоры о гарантиях. Но сапога европейского солдата на украинской земле не будет», — прогнозирует эксперт.
Таким образом, оценки сводятся к тому, что прямое размещение европейского контингента на Украине в условиях продолжающегося конфликта выглядит крайне рискованным и потому маловероятным. Вместе с тем сама дискуссия о возможных форматах иностранного присутствия остается фактором напряженности: Москва официально заявляет, что будет воспринимать такой сценарий как прямое участие европейских стран в конфликте.